Роман-антиутопия описывает государственную систему как единый механизм, а людей — как детали, необходимые для исправной работы. Только в отличии от техники, если одна составляющая этой государственной машины выйдет из строя ничего не произойдет.
Личность здесь не значит ничего. Нет никакого "Я", есть только "Мы". И "Мы идем". 

Замятин возводит в абсолют понятие математического порядка относительно жизни общества. Так, в романе люди напрочь лишены личности: вместо имен у них порядковый номер, вместо свободной жизни — четкое следование графику, вместо личного пространства — стеклянные стены. Мир, в котором ни на секунду нельзя скрыться от внимания Скрижали, мир в котором вдохновение и влюбленность называют эпилептическими припадками. 

Человек рассматривается не как личность, а как часть одного многоголового чудовища. Жизнь человека не стоит ничего — ведь он всего лишь один из многих. Такое обезличивание человеческой жизни приводит к тому, что люди начинают мыслить как единый организм. Их движения четко выверены, они движутся в ногу, под аккомпанемент одних и тех же мыслей.

В Едином Государстве напрочь отсутствуют какие-либо морально-этические понятия, нет разделения добра и зла. Желание упорядочить жизнь, описав ее математическими  функциями, доходит до абсурда. Например, музыка сочиняется специальным устройством, основанным на математических расчетах, как говорится в романе: "теперь вы сможете сочинять до трех сонат в час!".

В государстве Замятина нет никаких проблем. Казалось бы, это мечта — чтобы все были равно сыты, одеты, обеспечены жильем и работой. Но за эту мечту пришлось расплачиваться свободой мысли, жизнью под стеклянным куполом, отказом от материнства и собственной личности. Тоталитарное государство подомнет под себя каждого. Преследования инакомыслия, гонения и пытки — вот его инструмент. И это все ради того, чтобы люди не отличались друг от друга, превратились в безликую массу, которая мыслит так, как нужно Государству.

Роман увидел свет через много лет после смерти автора, и тогда удостоился названия "контрреволюционный". Сейчас можно провести параллель между Единым Государством и Советским Союзом или Фашистской Германией времен Второй Мировой Войны. Не смотря на то, что социалистическое время в нашей стране давно в прошлом, роман и по сей день вызывает подсознательный ужас. Роман призывает ценить свою жизнь, ведь чтобы не происходило, свободу человеческой мысли не может отнять никто.